Storeroom

А.С.Кончаловский о фильме "Первый учитель"

"Первой моей большой работой должно было стать "Счастье". Этот сценарий я писал с Геной Шпаликовым.
Музыка всегда вызывала у меня активное желание делать кино. Мне хотелось приложить к ней зримые образы, найти в кадрах адекватность звуковому ряду. "Счастье" хотелось начать сразу с эмоциональной кульминации, как в Первом концерте Чайковского. И весь сценарий должен был состоять из моментов счастливого, эмоционального, экзальтированного состояния. Получился он достаточно интересным, хотя прочной драматургической связи не имел, распадался на отдельные эпизоды, отдельные новеллы. Сквозной в сценарии была только его чувственная линия.

На заседании худсовета все говорили: "Интересный сценарий, но где драматургическая пружина?" И я сам чувствовал, что чего-то не достает. Фильм в итоге не состоялся.
Как раз в это время Борис Добродеев принес сценарий по "Первому учителю" Чингиза Айтматова. Драматургия была не лучшего качества, но я взял повесть, прочитал её. И тут уже мне что-то начало мститься. В то время я очень увлекался Куросавой, мне замерещилась самурайская драма, азиатские лица, снежные горы, страсть, ненависть, борьба.
Сценарий я переписал сам, потом позвал Фридриха Горенштейна, заплатил ему, и он привнес в будущий фильм раскаленный воздух ярости. После чего уже стало ясно, что браться за картину стоит…"

А.С.Кончаловский "Возвышающий обман", стр. 25, М., 1999

О киностудии "Киргизфильм" (где снимался "Первый учитель")

"Киргизфильм сегодня"

Кинофабрика "Киргизфильм", как и большинство национальных студий, возникла на культурной карте Советского Союза как инструмент пропаганды большевиков. В 1939-м году во Фрунзе был организован корреспондентский пункт кинохроники, в 1942-м на его базе возникла "Фрунзенская студия кинохроники", в 1956-м она была реорганизована в киностудию документально-художественных фильмов. Важно отметить, что первая киноустановка появилась в Пишпеке (ныне Бишкек) в 1917 году. Ее владельцем был частный предприниматель, представляющий французскую кинофирму "Братья Пате и компания", который демонстрировал публике незамысловатые короткометражки. Название "Киргизфильм" родилось в 1961 году. Но первая полнометражная игровая картина "Салтанат", посвященная семейным проблемам, была снята на базе киностудии "Мосфильм" в 1955 году режиссером Василием Прониным. О киргизском национальном кинематографе заговорили в 1960-е годы с появлением в Средней Азии большого и серьезного писателя Чингиза Айтматова. Его мощная проза легла в основу большинства сценариев, реализованных на местной студии. В чем секрет кинодраматурга Айтматова? Почему он был востребован советским кинематографом в 1960-е и 1970-е годы? На этот вопрос отвечает известный сценарист Рустам Ибрагимбеков: "Прежде всего, это связано с многослойностью прозы Айтматова. В основе любого его произведения, от самых первых - "Тополек мой в красной косынке" до больших романов, лежит всегда ясная, простая и очень трогательная человеческая история, где очень точно расставлены психологические акценты и тонко выверены взаимоотношения. И это то, что нравится самому широкому зрителю. Одновременно с этим, с самых первых шагов, Айтматов тяготеет к философской притче, и поэтому, рассказывая о каких-то историях, с точным географическим местом и временем, он моделирует, какие-то очень важные особенности современного мира. И эти, на первый взгляд, простые истории, на самом деле, отражают очень важные и существенные качества сегодняшних проблем, людей, взаимоотношений и так далее. Я бы даже сказал не сегодняшних, а вечных проблем. Вот это вот сочетание, с одной стороны, действенной, активной прозы, которая содержит в себе все необходимое для того, чтобы и режиссер, и актер нашли достаточно интересные события для существования в театре и на экране. С другой стороны - глубина, которую может постичь уже только тот, кто способен на эту глубину опуститься. И поэтому он интересен одновременно и бесхитростному читателю и зрителю, и достаточно глубокому подготовленному интеллектуалу. Рассказывая частную правду, он одновременно рассказывает о самых важных сущностных вопросах человека во все времена его существования".

"Первый учитель". Сценарий написал по прозе Айтматова драматург Борис Добродеев. Выпускник ВГИКа Андрон Кончаловский приехал во Фрунзе в 1965 году и застал начало расцвета киргизского кино: "Там снимал Толомуш Океев, в прошлом звукооператор, он работал у нас в студии. Со мной начинал и Болот Шамшиев. Такая молодая поросль. И очень интересная была школа документалистов, этакое забавное гнездо диссидентства. Документальное кино вообще сложно делать не диссидентским. Камеру поставил и что не снимешь - антисоветчина. Там были очень интересные ребята, я забыл их фамилии, но они там снимали документальное кино, которое часто запрещали. По-моему, Миша Суслов, оператор, который в Америке сейчас, он тоже там был. Это было замечательное время ренессанса советской послевоенной культуры. В Киргизию пошли деньги, возникла, в определенном смысле, целая школа. Я думаю, к этому процессу тоже имел отношение. Собственно, моя первая картина "Первый учитель" - это дипломная работа. В принципе, счастливое время". В картине Андрея Кончаловского снялась совсем юная Наталья Аринбасарова и сразу заявила о себе как серьезная актриса. За свою работу в картине "Первый учитель" она получила на кинофестивале в Венеции кубок "Вольпи" - одну из высших наград кинофорума, сам фильм был удостоен Серебряной медали. Конечно же, славу киргизскому кино принесли режиссеры Толомуш Океев и Болот Шамшиев. Оба они обязаны своей карьерой Чингизу Айтматову. Болот Шамшиев экранизировал популярную в те годы повесть "Белый пароход" и завоевал множество призов на международных кинофестивалях. Толомуш Океев снял картину "Красное яблоко" по одному из рассказов писателя; фильм также попал на мировые экраны и получил немало наград.

Два разных талантливых режиссера. Между Толомушем Океевым и Болотом Шамшиевым на протяжении многих лет шла негласная борьба за лидерство на "Киргизфильме" и за право экранизировать классика Айтматова. О том, чем отличались эти два художника, рассказывает Рустам Ибрагимбеков: "При всей похожести - это разные режиссеры. Оба очень талантливые. Толомуш первой своей картиной "Небо нашего детства" показал, что он как бы тяготеет к кинематографу, стилистически похожему на документальное кино, очень достоверное. В нем он старался пригасить, так сказать, очень сгущенную драматургию, сильные страсти, достаточно яркие столкновения. Все это он старался погрузить в такое естественное течение жизни и создавал полное ощущение какой-то очень высокой достоверности. А Болот, он как раз сторонник более открытых чувств, более явных драматических столкновений. Я недавно читал очень хороший сценарий, который не снят, комедию, и я вижу, что этот человек склонен к такой достаточно откровенной и вместе с тем вполне современной, прямой, что ли драматургии, в которой как бы сталкиваются идеологии. Если у Толомуша это всегда все выражается очень просто, обыденно, то Болот не чурается прямых идеологических заявлений героев, столкновений на более открытом уровне. Порой даже создается ощущение, что и за тем, и за другим персонажем стоит автор и режиссер с его точкой зрения на мир и на все остальное. Это два разных подхода. Так что, это два очень больших режиссера, которые сохранили в себе абсолютное эмоциональное своеобразие, но по уровню мышления и мастерству вышли на уровень высокого мирового кинематографа".

"Киргизфильм" сегодня. Сегодня "Киргизфильм" - почти не снимающая киностудия. По коридорам некогда успешной кинофабрики прошелся корреспондент Радио Свобода в Бишкеке Султан Каназаров: "От некогда мощной киностудии "Киргизфильм" сегодня осталось всего лишь здание. На киностудии "Киргизфильм" за последние 15 лет независимости республики было снято два полнометражных фильма. Но это не означает, что киргизские режиссеры сидят без дела. Фильмы выпускаются, но не на бюджетные средства, а на частные пожертвования. Нурлан Абдыкадыров - режиссер одного из двух фильмов, снятых за государственные деньги. Автор считает, что проблема не в плохом финансировании кинопроизводства, а в отсутствии мощных художников: "Конечно, если человек личность, если человек талантливый, если у него есть идеи, он не будет сидеть и ждать, пока выйдет указ президентов Бакиева или Акаева, что надо во что бы то ни стало сделать так, чтобы "Киргизфильм" расцвел, нужно какие-то принять меры к процветанию. Это всего-навсего фабрика, продукцию которой создают личности. Личности никаким указом не создашь". Очень часто и много говорится о так называемом "киргизском чуде" 60-х годов прошлого века, когда плеяда режиссеров сняла такие нашумевшие картины, как "Белый пароход", "Это лошади", "Выстрел на перевале Караш-Караш", "Алые маки Иссык-Куля" и многие другие. Это были очень кассовые и популярные картины, горячо любимые далеко за пределами горной республики. Но, к сожалению, уже в 80-х годах киргизское кино не поставляло на экраны СССР мощных картин. Тем не менее, этот промежуток воспитал режиссеров, которые, несмотря на практическое отсутствие финансирования со стороны государства, смогли снимать неплохие картины даже в тяжелые 90-е годы. В здании "Киргизфильма" арендуют помещения несколько десятков частных киностудий, которые продолжают снимать кино, в основном на деньги западных инвесторов. Как частные, так и государственные картины на сегодняшний день в Кыргызстане снимаются на мизерные средства. К примеру, последний фильм, снятый по госзаказу, имеет бюджет всего 48 тысяч долларов. В частных компаниях бюджет картин составляет не более 70 тысяч долларов. И то, что кинорежиссеры на такие маленькие деньги продолжают снимать кино, это и есть второе чудо в киргизском кино, говорит режиссер Эрнест Абдыжапаров: "Как бы мы ни говорили, но государство практически не уделяет внимания вообще кинематографу. Кино, скажем, если взять 90-е годы, то оно продержалось благодаря просто голому энтузиазму кинематографистов. И то, что сейчас о нас говорят, это само по себе уже чудо". В здании киностудии "Киргизфильм" я встретил заместителя председателя омбудсмена, главного государственного правозащитника Сыдыка Шернияза. Оказывается чиновник на свои деньги в качестве режиссера снимает полнометражный фильм. Это не удивительно, говорит чиновник-режиссер, у нас в стране настолько все политизировано, что напоминает кино. Омбудсмен посоветовал депутатам парламента сменить кресло законодателя на актерскую гримерку: "Но если не половина, то четверть парламента, если они попробовали себя в качестве режиссера или актера, у них эта деятельность получилось бы гораздо лучше", - считает Сыдык Шернияз. Современные киргизские режиссеры пытаются снимать авторское кино минимальными средствами. Главные герои - это обычные люди, преимущественно из сельских регионов, пытающиеся выжить в новой постсоветской Киргизии.

Благодарим информационный центр "Мосфильм-инфо" за предоставленные материалы.

А.С. Кончаловский о фильме "Романс о влюбленных"

"…Когда я еще сидел в монтажной, доделывая "Дядю Ваню", пришел Женя Григорьев, принес сценарий "Романса о влюбленных сердцах" (так он тогда назывался), попросил совета: кто бы из режиссеров мог его поставить. К тому времени сценарий валялся на студии уже два года.
Начало чтения оставило ощущение бреда. В самом прямом смысле слова. Но чем дальше я углублялся в сценарий, тем более он меня захватывал. Он заражал, я невольно проникался настроем вещи. А когда дошел до сцены смерти героя, не мог сдержать слез.

Сценарий стал преследовать меня. "Дядя Ваня" уже был окончен, я уехал в Париж, но "Романс" все не выходил из головы. Какой-то непостижимый, сказочный мир мерещился за страницами григорьевской поэмы в прозе. Страстный, неповторимый, яркий. Я уже почувствовал, что не снимать этот фильм не могу.
(…) Что же такого особенного было в сценарии? Сюжет - элементарен: таких любовных историй в кино было тысячи. То, о чем писал Григорьев, давно всем наскучило, чуть ли не обесценилось, стало общим местом. Язык и вовсе не кинематографический - напыщенный, в лучшем случае - высокопарный. Снимать непонятно как. На худсовете, где обсуждался будущий фильм, все восторгались сценарием - Таланкин, Бондарчук, искренне радовались, что нашелся, наконец, на него режиссер, но тут же пожимали плечами: как это переносить на экран, не знал никто. И я в том числе.

И все же было в григорьевском сценарии то главное, что дано лишь настоящему художнику - мироощущение. О простых вещах он говорил с первозданной чистотой, страстью; нельзя было не поразиться таланту автора, взявшегося открывать новое в самом обыкновенном. (…) Сама любовная история вполне обыкновенна. Но дело не в ней, а в том, как сценарий говорил о любви. А смысл таков, что любовь животворяща. Мы живы до тех пор, пока несем в себе любовь. Или надежду на любовь. Иначе мы мертвы"

А.С.Кончаловский "Возвышающий обман", стр. 123-125, М., 1999.

 

Елена Коренева о фильме ("Советский экран", № 3, 1976 г.)

"Своей первой работой в кино я считаю Таню в "Романсе о влюбленных", хотя и до этого снималась и те, прежние мои роли, особенно такая, как девушка на плоту в "Пой, песню, поэт…" Сергея Урусевского, тоже не прошли для меня бесследно. Но там я шла вслепую: училась играть, как учатся плавать дети, которых оставили барахтаться в воде. (…)
В "Романсе о влюбленных" я уже работала целиком сознательно: к тому времени за плечами были три курса Щукинского училища. И сама эта роль дала мне чрезвычайно много. Не могу сказать, чтобы мне уж очень понравился сценарий. И также - та роль, которую предстояло сыграть. Горячего стремления играть именно её не было. Оно пришло в самом процессе работы. А работа была одновременно и проникновением в окружающую жизнь и постижением себя самой.

Михалков-Кончаловский был озарен сценарием. Однажды, когда он читал вслух отрывок из него, я увидела, что он плачет. Для меня это было потрясением. Я рассказываю об этом, чтобы ясно было, какое отношение к материалу окружало меня с самого начала работы. Оно меня подкупило, повернуло к образу, помогло раскрыться. Играла роль Тани не по принципу "я в предлагаемых обстоятельствах". Обычно в таких случаях бередишь себе душу, мучаешься, а получается "я в разных костюмах". Я играла не себя, мне пришлось ломать себя, приобретать какой-то иной темперамент, заострять характерность. Мне пришлось вносить в образ больше ребяческого, убирать женское, отказываться от плавности линий, от замедленных движений. Мы искали это детское и в гриме (отсюда у меня на лице веснушки) и в характере пластики (отсюда этот буратинистый бег). Пришлось серьезно заниматься актерской техникой, отыскивать, как Таня смеётся, как она реагирует.

Что касается проблематики нравственной, то хочу ответить на частные недоумения: почему же она не дождалась Сергея? Для нас этот вопрос не стоял. Можно ли вообще считать, что не дождалась? Дело не в том, сколько конкретно дней она ждала, не в календарном отрезке. Ведь у нашего сознания, у наших чувств иной отсчет, не измеряемый минутами или месяцами. Чувство может быть таким сильным, что приравнивать его нужно к прожитым годам. Важно не то, сколько дней она ждала, а что произошло с ней в результате потрясения. Ведь само потрясение было так сильно, что существование для неё отныне приобрело иные масштабы, соотносимые не с днями и ночами, а с жизнью и смертью. Она была в полном отчаянии, она была готова умереть, и сама её готовность к смерти есть свидетельство силы её любви, того, что она жила только любовью, что Сергей был единственным смыслом её существования. И как знать, разве не могли победить то отчаяние и та потерянная любовь? Но победила жизнь, и она возродилась.

И потом это не бытовая история. Речь идет не только о первой любви, но и о первой вере, которая уже формируется у человека годам к пятнадцати-семнадцати. Всегда надеешься, что то, что ты любишь, то, во что ты веришь, - это навечно, навсегда. А потом - так ведь случается в жизни - происходит какая-то катастрофа, словом, потрясение. И перед тобой во всей остроте встает проблема выбора, как быть дальше: погибнуть? Возродиться?.."

Журнал "Советский экран, стр.6-7, № 3, 1976 г.

А.С. Кончаловский, Е.Коренева и Е.Киндинов с призом на фестивале в Карловых Варах. (фильм "Романс о влюбленных" награжден главным призом - "Хрустальным Глобусом")
Статья Е.Кореневой о фильме "Романс о влюбленных"
Обложка журнала "Советский экран", № 3, 1976 г., портрет Е.Кореневой.
"Романс о влюбленных", эскиз художника Леонида Перцева к фильму. Благодарим "Мосфильм-Инфо" за предоставленные материалы.
"Романс о влюбленных", эскиз художника Леонида Перцева к фильму. Благодарим "Мосфильм-Инфо" за предоставленные материалы.
"Романс о влюбленных", эскиз художника Леонида Перцева к фильму. Благодарим "Мосфильм-Инфо" за предоставленные материалы.
"Романс о влюбленных", эскиз художника Леонида Перцева к фильму. Благодарим "Мосфильм-Инфо" за предоставленные материалы.
"Романс о влюбленных", эскиз художника Леонида Перцева к фильму. Благодарим "Мосфильм-Инфо" за предоставленные материалы.
"Романс о влюбленных", эскиз художника Леонида Перцева к фильму. Благодарим "Мосфильм-Инфо" за предоставленные материалы.

"Советский экран", №15, 1979 (Роберт Рождественский, "Да" и "Нет", записки члена жюри Каннского кинофестиваля)

"Советский экран", №1, 1980 (аннотация к фильму "Сибириада")
"Советский экран", №17, 1979 (Армен Медведев, "Время и люди")

"Когда-то давно мы с Геннадием Шпаликовым задумали написать сценарий о Вере Холодной для актрисы Инны Гулая. У неё была красота девятнадцатого века, внешне она была очень похожа на Холодную. Мы со Шпаликовым стали придумывать потихоньку сценарий, который назвали «Нечаянные радости», Это должна была быть «ретро-картина»: немая, черно-белая, комедия по жанру. Но потом что-то не сложилось, и дописывали мы эту историю уже с Фридрихом Горенштейном, с которым мне вообще очень повезло. Я начал работать с ним еще на «Первом учителе» - он писал диалоги к картине, и уже там проявил себя как потрясающий знаток характера человеческого. Фридрих Горенштейн – один из талантливейших людей литературы русской, и та страсть, с которой он умел выписывать характеры своих героев, - она в его прозе замечательной, и во всех сценариях, которые мы с ним писали. Он не был драматургом, с драматургией у него было слабовато. Но он был настоящим психологом, очень тонко чувствовал суть каждого описываемого характера.

Так что, этот сценарий был готов задолго до того, как я отдал его Рустаму Хамдамову, выпускнику ВГИКа, сделавшему очень талантливую дипломную работу. Я часто отдаю другим сценарии, которые пишу для себя. И тогда я подумал, что было бы здорово, если бы Хамдамов поставил этот сценарий. Сам я уже остыл к нему, другим занимался – меня интересовал чеховский «Дядя Ваня». В общем, я пошел к Сизову (директору «Мосфильма»), говорю: «Вот – талантливый студент, ВГИКа выпускник, я за него ручаюсь!» Сизов согласился, и Хамдамов начал снимать «Нечаянные радости». Но по ходу съемок у него начал возникать какой-то свой фильм в голове. Материал получался красивый, но мы не могли понять, из какой сцены какие кадры. Меня вызвали на худсовет, просили объяснить, что к чему в этом материале, потом вызвали Хамдамова. Он сказал, что сценарий ему не очень нравится, он хочет снимать «свою историю». Это заявление было довольно шокирующим для всех, но – что делать? У режиссера – «свою история», финансирование идет… Тогда его попросили написать хотя бы либретто того, что он снимает. Рустам сказал: «Хорошо!» и…исчез. Съемки остановили. Спустя несколько месяцев мне сказали, что он где-то в Ташкенте… Видимо, Хамдамов просто решил бросить эту работу. Конечно, он меня сильно подвел – ведь я же за него поручился! Тот же Сизов снова вызвал меня и говорит: «Теперь давай сам выкручивайся!» И тут попался под руку Никита, который тогда собирался снимать «Транссибирский экспресс» (этот сценарий тоже я им подарил)… Никита пришел на брошенную Хамдамовым картину, когда большая часть денег, отпущенных на неё, уже была потрачена. Но он – молодец, выкрутился. То, что он стал снимать, тоже было совсем не похоже на то, что придумывалось мной. Но когда я увидел «Рабу любви», то картина мне очень понравилась. Красиво снятая, музыка красивая, чудесные стихи для песни были написаны нашей мамой – в картине ощущались стилистическое единство и красота. Хотя, повторяю, это была уже абсолютно другая картина, которая ко мне не имела никакого отношения. В фильме рядом с мелодрамой появились комедийные куски – Никите это очень хорошо удается сочетать. «Раба любви» - очень зрелая картина, несмотря на то, что она всего лишь вторая у него. В диалоги, да и во всю драматургию картины он очень много привнес своего – там был такой фонтан фантазий, импровизаций – актерских, режиссерских! Никита – молодец, он мощно начал и сразу же сделал очень много в кино. Его следующий фильм «Неоконченная повесть для механического пианино» - это лучший Чехов в кино, какого я знаю. И в «Рабе любви» эти «чеховские» мотивы уже угадываются.

С Хамдамовым мы потом очень долго не виделись, и у меня никогда не возникало желание выяснить, почему он тогда так поступил. Равно как я никогда не слушал разговоров о том, что Никита что-то «позаимствовал» у Хамдамова для своей «Рабы любви». Это все сплетни, и к этому нельзя относиться серьёзно. Надо жить, зная, что о нас в любой момент кто-то может сказать гадость. Так было всегда – и во времена Чехова, и во времена Рахманинова, и сейчас, к сожалению, мало что изменилось..."

А.С. Кончаловский, журнал «Свой», № 8, 2005, с. 38.

 


Фрагмент заявки А.С.Кончаловского и Ф.Горенштейна на сценарий "Нечаянные радости"

"…В России многотысячный зритель выбрал В.Холодную. Отчего же эта простая русская женщина стала нужной своему времени? Удивительная судьба выпала этой актрисе, и еще удивительнее то место, которое заняла в истории русского кино первая звезда экрана.
Революция застала актрису на юге, где проводились в то время съемки очередного фильма. Холодная стремилась в Москву, но, связанная контрактом, вынуждена была остаться на занятом белыми юге с матерью, сестрой и двумя маленькими дочерьми. Представляя для предпринимателя чисто коммерческий интерес, актриса была вынуждена выступать в одном и том же образе из фильма в фильм. Легко себе представить, как трагически оборачивался такой успех для актрисы, сознающей, как оторваны от действительности упаднические фильмы, в которых она снималась.

А действительность была наполнена поражавшими разум событиями. Страна содрогалась от жесточайшей борьбы с контрреволюцией и интервенцией. Юг России был оплотом белой гвардии. В Одессе хозяйничали интервенты. Большевики были вынуждены уйти в подполье, но борьбы не прекращали.
В кино тоже шла борьба - художники пытались вырвать кино из рук торгашей, стремились быть причастными к самым актуальным политическим событиям.
Действие фильма должно разворачиваться именно в этот период. Тревожное время наступило в Одессе. Деникинская контрразведка беспощадно подавляло растущее сопротивление подполья. Кинофабрикант торопился доснять фильм и вывезти все кинопроизводство за границу. Холодная была в смятении - для того, чтобы разорвать контракт, которым она была связана, необходимо было выплатить огромную неустойку. Денег не было. Деньги были потрачены. Ситуация складывалась безнадежная и безвыходная, если бы не неожиданная встреча.

Однажды ночью в квартиру героини постучались. На пороге стоял раненый человек, его преследовали. Лицо было знакомо - вот уже две недели были развешаны фотографии большевика, разыскиваемого белыми. Женщины, не задумываясь, укрыли подпольщика…"

 

Сохранившийся фрагмент рабочей фонограммы фильма Р.Хамдамова "Нечаянные радости"

Разговор на лестнице двух сестер. Веру Николаевну играла Елена Соловей. Её сестру Надежду Николаевну - Наталия Лебле.

Вера Николаевна - То ковер, а то - гобелен.
Надежда Николаевна - Гобелен - картина!
В.Н. - Можно и картину смотреть как узор. Не разбирать, что на ней. Только расцветка, зубцы да полоски. Эта полоска туда, а эта - туда.
Н.Н. - Но эта полоска туда, а эта туда - не для узора! А для того, чтобы показать что-то, чью-то морду! А на ковре полоски подобраны к полоске. Даже если кажется, что это баран или лебедь, то это так, потому что у самого лебедя и барана крыло подобрано к крылу, рог к рогу, все по паре. Потому что он сам - Природы узор.
В.Н. - Так значит, вся наша жизнь, поступки, случай - тоже узор?
Н.Н. - Нет, не узор. Узор на оси - а от неё в разные стороны может быть похоже. А жизнь - встречи, потери, новая любовь - не выходит никакого узора. Нет! Просто очень хитрый узор! Не видно центра оси.
В.Н. - А где она?
Н.Н. - Со звезд видно!
В.Н. - Где она?!
Н.Н. - Только со звезд!
В.Н. - Потому по звездам и гадают.

Все фотографии из книги А.С.Кончаловского "Возвышающий обман" можно посмотреть здесь... 

Сегодня Чингизу Айтматову не пришлось бы идти к Суслову спасать «Первого учителя». Но и фильм такой мы бы уже не сняли...
Наташа с Егорушкой
Мог ли я в тот момент думать, что спустя двадцать минут влеплю Беате вопреки Станиславскому
С Робертом де Ниро и Джулией Ормонд
В Канне. Что там решит жюри?